ПЕРВЫЙ  РУССКИЙ
ГЕНЕРАЛИССИМУС

Алексей Семенович
ШЕИН

В.А. Могильников

А.Г. Шеин

 ВИИЦ

[В начало]

    
 

 

 

 

Взятие Азова

(С гравюры А. Шхонебека 1699 года, исполненной
в Москве под личным наблюдением Петра /,
крайний правый всадник - А.С. Шеин, справа от него - Петр I)

 

 

 

 


 

Пётр I и генералиссимус А.С.Шеин

 

Одной из главных целей Фонда имени Генералиссимуса А.С. Шеина является всестороннее исследование биографических сведений о полководце. Без царя, будущего императора Петра I, мог состояться только служивший российской династии Романовых полководец Шеин, но не генералиссимус.

Алексей Семенович не включен в плеяду «птенцов» Петра Великого, хотя в нее входит другой русский полководец и дипломат, ровесник Шеина, представитель старобоярского московского рода, генерал-фельдмаршал граф Борис Петрович Шереметев.

В качестве представителя русской аристократии XVII века Шеин вместе с Шереметевым в 30-летнем возрасте вошел в боярское сословие Российского государства. Был непосредственным участником и одним из главных действующих лиц всех внутренних распрей страны - стрелецких бунтов 1682, 1689 и 1698 годов и поддержал политическое развитие, направленное на сохранение нашего Отечества.

С проблемой угрозы России с южных границ Шеин впервые столкнулся во время воеводства в Курске (1683-1684). Был участником и одним из организаторов всех походов во время Русско-турецкой войны 1686-1700 годов.

К сожалению, очень часто российскую историю XVII века изучают и делают выводы по мемуарам западных дипломатов и других иностранцев, состоявших на службе нашего государства. На основе их случайных свидетельств в русской историографии Алексей Семенович Шеин, последовательно проводивший начальную петровскую военную реформу, в ряде работ бездоказательно показан представителем «старого» строя и первым из россиян, лишившимся бороды.

 



 

Российские генералиссимусы

Петр I

«Генералиссимус» в переводе с латинского - общий, наиглавнейший в армии. В словаре В.И. Даля это слово истолковывается как «главнокомандующий, начальник всей военной силы государства».

Происхождение высшего воинского звания связано с развитием государства, при котором складывались определенные социальные отношения. Некогда каждый полковник командовал полком, а верховный главнокомандующий во время войны имел должность генералиссимуса. С появлением постоянного войска эти должности переходят в ранг звания. И в свою очередь они показывают место его носителя в общественной иерархии, указывают на заслуги перед государством или правящей элитой.

Впервые звание генералиссимуса было пожаловано французским королем Карлом IX в 1569 году его восемнадцатилетнему брату Анри (впоследствии король Генрих III). В присвоении высшего воинского звания не было единообразия: в одних случаях генералиссимусами становились пожизненно, а в других - только на период той или иной военной кампании. Венецианский полководец Морозини, к примеру, носил титул генералиссимуса четырежды - в 1678, 1681, 1684 и 1694 годах, а эрцгерцог Карл Австрийский - дважды.

В русский язык слово «генералиссимус» было привнесено иноземными начальниками во время правления царя Алексея Михайловича при их обращении к Большому воеводе. Впервые в отечественной истории первым русским генералиссимусом стал в 1696 году соратник молодого царя Петра боярин Алексей Семенович Шеин, командовавший всеми войсками во втором Азовском походе.

Вторым российским генералиссимусом был ближайший сподвижник Петра I светлейший князь Александр Данилович Меншиков (1673-1729). С его именем связаны многие победы в русско-шведской Северной войне (1700-1721). На поле Полтавской победы (1709) торжествующий Петр произвел своего любимца и соратника в генерал-фельдмаршалы. Однако следующее высшее звание А.Д. Меншиков получил после смерти Петра Великого, внук которого, император Петр II, 12 мая 1727 года заявил: «Я сегодня хочу уничтожить фельдмаршала!» Все присутствующие переглянулись в недоумении. Тогда император вручил Меншикову подписанный им патент на чин генералиссимуса. Но вскоре Александр Данилович был сослан в Сибирь в город Березов.

Звание генералиссимуса в России наряду с крупнейшими полководцами имели и члены семей императорской династии. Анна Леопольдовна (мать не царствавшего императора-младенца Иоанна VI) за время своего короткого правления 11 ноября 1740 года присвоила этот чин своему 26-летнему супругу принцу Антону-Ульриху Брауншвейгскому, не имевшему никаких военных заслуг.

28 октября 1799 года генералиссимусом российских сухопутных и морских сил стал великий русский полководец Александр Васильевич Суворов (1730-1800), победоносно завершивший свой легендарный Швейцарский поход (1799). Император Павел I, возводя А.В. Суворова в ранг генералиссимуса, писал: «Ныне, награждая Вас по мере признательности моей и ставя на вышний степень, чести и геройству предоставленный, уверен, что возвожу на оный знаменитейшего Полководца сего и других веков».

Суворов участвовал в шести крупнейших войнах, был шесть раз ранен в боях, проделал 20 походов, дал 63 сражения и не проиграл ни одного, причем его войско только три раза численно превосходило неприятеля.

В СССР воинское звание Генералиссимус Советского Союза было введено после победоносного окончания Великой Отечественной войны Указом Президиума Верховного Совета СССР от 27 июня 1945 года. За выдающиеся заслуги перед Советской Родиной в деле руководства всеми вооруженными силами государства во время Великой Отечественной войны это звание 27 июня 1945 года было присвоено Иосифу Виссарионовичу Сталину.

 


 

Русский полководец, генералиссимус Алексей Семенович Шеин родился в августе 1652 года. Происходил он из древнего старомосковского боярского рода, по семейному преданию происходившего от выходца из Пруссии Михаила Прушенина, который определился на службу в России со времен великого князя Александра Невского. Михаил Прушенин был родоначальником бояр Морозовых, от которых образовались ветви известных российских родов Шейных, Салтыковых и Чоглоковых.

В первой трети XVII века сильную позицию в Думе первого царя из рода Романовых занимала старомосковская знать: И.Н. и Н.И. Романовы, представители Головиных, Морозовых, Салтыковых, Шейных и Шереметевых.

О знатности рода Шейных в своих трудах свидетельствовал русский историк С.М. Соловьев. Описывая правящие верхи Московского государства XVII века, он установил шестнадцать знатных родов, имевших право при производстве в боярское сословие обойти низшие чины. В их числе были Воротынские, Трубецкие, Голицыны, Хованские, Морозовы, Шереметевы, Одоевские, Пронские, Шеины, Салтыковы, Репнины, Прозоровские, Буйносовы, Хилковы, Урусовы.

Прослеживая свойственные связи А.С. Шеина, необходимо отметить его кровную принадлежность к знатным фамилиям. Мать полководца, Авдотья Ивановна, происходила из боярского рода князей Пронских (была во втором замужестве за боярином князем Григорием Сунчалеевичем Черкасским), умерла в 1686 году и похоронена 3 декабря в Новоспасском монастыре -официальной родовой усыпальнице бояр Романовых и князей Черкасских; бабка Мария Борисовна, жена деда стольника Ивана Михайловича Шеина, - из князей Лыковых-Оболенских, при этом она была дочерью Анастасии Никитичны Романовой; прабабка Мария Михайловна, жена прадеда боярина Михаила Борисовича Шеина, - из рода Годуновых. То есть предки полководца состояли в родстве с царской фамилией.

Кроме того, бояре Салтыковы, однородцы Шейных, выдали свою дочь Прасковью Федоровну Салтыкову замуж за царя Иоанна IV Алексеевича, которая родила пять сестер-царевен, четвертая из которых стала императрицей Анной Иоанновной.

Однако судьба полководца и его карьера складывались не легко. Прадед Алексея Семеновича, боярин Михаил Борисович Шеин, прославился неустрашимою защитой Смоленска от поляков в Смутное время. При царе Михаиле Федоровиче был назначен главным воеводою для защиты Смоленска от поляков, держал осаду в течение десяти месяцев и, не получив помощи, принужден был сдать город. В результате боярского заговора был обвинен в измене и казнен в Москве в 1634 году. Семья Шейных была выслана в Алатырский уезд. Дед полководца, стольник Иван Михайлович Шеин, умер в том же 1634 году. Возможно, со снятием опалы с семьи в 1642 году они были перезахоронены в Троице-Сергиевом монастыре. Отец Алексея Семеновича, стольник Семен Иванович Шеин, не смог восстановить статус своего рода при царском дворе из-за ранней смерти в 1655 году, когда его сыну не исполнилось трех лет.

На протяжении всей службы отечеству и царской династии боярину А.С. Шеину воинскими заслугами приходилось доказывать не только личную верность, но и отстаивать честь фамилии.

Формальная реабилитация рода Шейных произошла в 1682 году при пожаловании Алексея Семеновича в бояре и закреплена царским указом и приговором Боярской Думы от 10 января 1693 года по поводу ссоры Шеина с другим боярином, князем Михаилом Григорьевичем Ромодановским. Последний назвал прадеда и деда Шеина изменниками. Но царским указом было определено, «что они в измене николи не бывали».

Как и все представители боярских фамилий, Алексей Семенович был владельцем многочисленных вотчин и поместий в Арзамасском, Алатырском, Галичском, Дмитровском, Коломенском (села Михнево и Бортниково с деревнями в Микулинском стане), Кромском, Московском, Ряжском, Рязанском, Саранском и Тверском уездах.

В Москве ему принадлежал двор в Китай-городе по улице Ильинке между церквями: Ильи-пророка в Теплых рядах на бывшем Новгородском подворье (в советское время закрытый храм, состоящий на государственной охране; от него произошло современное название улицы) и Николая-чудотворца (в настоящее время не сохранилась). Достоверно известно, что на этом дворе, находясь у А.С. Шеина, царь Петр отмечал 1 сентября 1698 года наступление нового года по старому летоисчислению. В дореволюционное время на Ильинке сосредоточился российский финансовый капитал. На месте двора полководца находится современное здание Министерства финансов РФ.

Шеины владели и загородным двором за Мясницкими воротами Белого города в селе Покровском. В начале XVIII века здесь на берегу большого пруда стояли деревянные хоромы семьи Шейных. После смерти вдовы полководца в них пребывали представители царской семьи. Так, в 1713 году в них жила царевна Мария Алексеевна, позднее будущая императрица Елизавета Петровна вместе с родственниками Скавронскими и Гендриковыми. В 1733 году вместо деревянных хором выстроили каменные палаты, а напротив дворца - деревянную Воскресенскую церковь, которые сгорели в большой московский пожар в мае 1737 года. В 1742-1743 годах дворец был перестроен в стиле барокко по проекту архитектора М.Г. Земцова.

Покровский дворец был любимым местом отдыха императрицы Елизаветы Петровны. Именно здесь, по легенде, была справлена ее неофициальная свадьба с фаворитом Алексеем Григорьевичем Разумовским. Дворец достоял до 70-х годов XIX века, когда при переходе его к Покровской общине сестер милосердия были сделаны надстройки, причем фасад был выполнен в духе нарядной архитектурной декорации XVII столетия.

Линия Московско-Рязанской железной дороги «разрезала» владение Покровской общины, пройдя под самыми окнами ее основного здания (ул. Гастелло, 44), расположенного в бывшем Покровском дворце.

Боярский род Шейных пресекся на детях генералиссимуса. Он был дважды женат: первым браком на Анне Петровне, дочери окольничего князя Петра Алексеевича Долгорукова (умерла 12 августа 1677 года и похоронена в московском Богоявленском монастыре у Казанской церкви), а вторым - на Марфе Михайловне, дочери Михаила Богдановича Приклонского (умерла в апреле 1713 года и похоронена в Троице-Сергиевом монастыре). Первый сын полководца Петр умер младенцем 14 июля 1674 года и похоронен в московском Рождественском монастыре, а второй - Сергей - умер за границей, где он изучал навигаторство, и не оставил потомства.

Первый русский генералиссимус умер 12 февраля 1700 года на 48 году жизни и похоронен в Троице-Сергиевом монастыре у церкви Сошествия Святого Духа (в настоящее время Свято-Троицкая Сергиева Лавра в городе Сергиев Посад).

 

Улица Ильинка в Китай-городе, (1671-1672)

Выделенный фрагмент - двор А.С. Шеина
(в настоящее время на этом месте находится здание
Министерства финансов РФ)

 

Первый русский генералиссимус А.С.Шеин

Впервые в России с исторической точки зрения воинскому званию генералиссимус дал определение русский историк В.Н. Татищев в своем труде «Лексикон»: «Генералиссимус -главнейший начальник над всеми в государстве войски. Оной чин более в империи Германской употребляем и собственно называется генерал-порутчик, но, кроме владетельных князей и довольно в воинстве искусных, никому не дается. При Петре Великом Шеин для его собственных и его фамилии славных заслуг был генералиссимусом».

Н.Г. Устрялов, исследовавший эпоху Петра Великого, в отношении первого русского генералиссимуса писал: «От Петра не могло укрыться, что недостаток единоначалия при разномыслии и несогласии генералов был одной из главных причин неудачи первого Азовского похода. Для устранения зла он счел необходимым назначить над всеми сухопутными войсками одного главного вождя со званием генералиссимуса или воеводы Большого полка.

Выбор его сначала пал на престарелого вельможу, почтенного заслугами и характером, князя Михаила Алегуковича Черкасского, но болезнь воспрепятствовала князю согласиться на предложенную честь, тогда генералиссимусом был наименован Алексей Семенович Шеин».Необходимо отметить, что звание «генералиссимус» в российской истории ярко политизировано.

 

А.С. Шеин в походном костюме
(с гравюры А.С. Шхонебека)

Светлейший князь А.Д. Меншиков стал генералиссимусом после царствования Петра I, за время правления которого имел немало заслуг на военном поприще.

 Боевые заслуги принца Брауншвейгского россиянам неизвестны. Непобедимый Суворов, находившийся на заслуженном отдыхе, стал генералиссимусом благодаря сложной политической обстановке в Европе и востребованности его полководческого таланта.

В любом случае при назначении «генераллисимуса» признается право представителя царской или императорской фамилии. Не вызывает сомнений и утверждение этого звания в России Петром Великим. В своих первых войсковых учениях он назначал «шутовскими» генералиссимусами «короля Прес-бурского» боярина князя Федора Юрьевича Ромодановского и «короля Польского» и «царя Семеновского» Ивана Ивановича Бутурлина.

Первое боевое крещение Петра I при его формальном руководстве в Азовском походе 1695 года не дало результата. Второму Азовскому походу предшествовало назначение генералиссимусом (главнокомандующим или воеводой Большого полка) ближнего боярина Алексея Семеновича Шеина. Коренным отличием от предыдущих формирований российских войск было то, что Большой полк включал в себя морской караван во главе с адмиралом Ф.Я. Лефортом, в подчинении которого был царь в звании капитана. С детства ориентированный на Запад, Петр активно применял заграничную атрибутику, в том числе и в военном деле. Следствием того стало провозглашение генералиссимусом представителя старомосковского боярского рода русского полководца А.С.Шеина.

 

Службу при царском дворе Алексей Семенович начал в 1672 году. Как представитель знатного старомосковского боярского рода он начал карьеру со звания стольника. По описаниям из «Разрядов» при разных придворных церемониях он наряжал вина, смотрел государевы столы при торжественных придворных обедах, бывал рындой при приемах иностранных послов, сопровождал царя во время его поездок по монастырям и пригородным селам - одним словом, принимал деятельное участие во всей придворной жизни того времени. В это же время он упоминался на должностях спальника и комнатного стольника.

С 6 апреля 1680 года по 5 января 1682 года А.С. Шеин сидел на воеводстве в Тобольске. Это был важный этап в его служебной карьере. Во-первых, будущий полководец получил назначение на первую должность, на которую возлагались функции военного управления. А, во-вторых, в конце XVII века тобольские воеводы управляли всей Сибирью, и на управление восточной окраины России назначали бояр. Например, стольник и воевода А.С. Шеин сменил в Тобольске на воеводстве боярина Петра Васильевича Шереметева, а Алексея Семеновича - боярин князь Алексей Андреевич Голицын.

Вероятно, успешное исполнение обязанностей первого воеводы в Сибири стало предпосылкой его карьерного роста. Возвратившись в начале 1682 года  из Тобольска в Москву, А.С. Шеин 10 апреля 1682 года из стольников (стольник и ближний человек) на тридцатом году жизни был пожалован в бояре.

                                            Встреча посла в Кремле

          Царь Алексей Михайлович                                                                                   

После смерти царя Федора Алексеевича, он принимал участие в чине коронования Иоанна и Петра Алексеевичей. Во время стрелецкого бунта 1682 года был участником похода к Троице-Сергиевому монастырю, где спасалась царская семья. В 1683-1684 годах Шеин был на воеводстве в Курске, где ему было поручено устроить несколько высланных из Москвы стрелецких полков, казавшихся после бунта 1682 года опасными для общественного спокойствия в Москве. В 1684 году, когда уже сделалась ясной близость войны с Турцией и Крымом, Шеин был послан к южным границам для осмотра пограничных крепостей, оценки их боевой готовности и подготовке к обороне.

Перед первым крымским походом в 1686 году Алексей Семенович собирал в Коломне коломенских, рязанских, путивльских и каширских служилых людей и руководил ими во время этого похода в 1687 году. В 1689 году он участвовал во втором крымском походе. Под начальством Шеина в этом походе были все служилые люди Новгородского разряда, он был вторым воеводой (после князя В.В. Голицына) и именовался ближним боярином и Псковским наместником.

Помимо военной деятельности в 80-х годах XVII века боярин А.С. Шеин исполнял обязанности одного из судей Московского судного приказа (упоминался в этой должности в 1683, 1685 и 1687 годах). До конца XVII века Московский судный приказ ведал судом над служилыми людьми московских чинов и дворянами других уездов.

Во время свержения царевны Софьи Алексеевны в 1689 году А.С. Шеин поддержал царя Петра Алексеевича. С первых же дней самостоятельного царствования Петра Великого Шеин был участником всех его походов, в 1693 году ездил с царем в Архангельск. Во время Азовского похода 1695 года Алексей Семенович, предположительно, формировал полки и находился в Белгороде во главе войск, прикрывавших южные границы России. По другой версии, он был участником успешного похода на завоевание днепровских крепостей с Б.П. Шереметевым.

Как известно, первая осада Азовской крепости не была успешной, так как турки получали помощь с моря, пользуясь тем, что у русских не было флота.

В 1696 году Шеин возглавил второй Азовский поход, более подробно описанный ниже, закончившийся взятием крепости.

Очень скоро ему пришлось снова возглавить войска на юге России и выступить против турок, которые думали обратно взять Азов. В 1697 году Шеин выступил против крымских татар, которые готовились к походу против западных союзников Петра I. По союзному договору Россия должна была отвлечь их от нападения, и Алексей Семенович удачно это исполнил. В это же время, получив известие о движении большого турецкого войска к Азову, сам двинулся против него, разбил у реки Кагальник и легко привел к покорности нагайцев и татар, живших у Кубани. «Третий» Азовский поход А.С. Шеина 1697 года, подробно описанный военным историком Н. Бранденбургом в «Военном вестнике» в 1868 году, закрепил завоевания России на юге государства, ускорил окончание войны между Россией и Турцией и заключение Константинопольского мирного договора 1700 года. Вместе с военными успехами одним из созидательных результатов похода стало основание нового российского города-порта Таганрога.

Между тем среди стрельцов, усмиренных в 1689 году, начались волнения. Стрелецкие полки были недовольны тем, что их держали в Азовском гарнизоне, и стремились в Москву, где постоянно проживали их семьи. Когда вместо возвращения домой летом 1698 года стрелецким полкам приказали двинуться к литовской границе, начались волнения.

                     Московский стрелец. XVII век

 Некоторые из стрельцов, побывав в Москве, принесли оттуда на литовскую границу письма царевны Софьи, которая убеждала стрельцов идти к Москве и просить ее на царство. Стрельцы под влиянием этих писем взбунтовались и двинулись к Москве. Навстречу им вышел Шеин с 4000 регулярного войска и 25 пушками. Встретившись со стрельцами 17 июня 1698 года у Воскресенского монастыря под Новым Иерусалимом, Шеин первоначально пытался уговорить их, посылал Гордона и князя Кольцова-Мосальско-го, убеждая мятежников подчиниться приказаниям правительства и отправиться обратно. Однако уговоры не действовали, и стрельцы начали открыто высказываться против Петра, поэтому Шеин вынужден был разогнать их пушками. Несколько залпов артиллерии быстро рассеяли нестройные толпы мятежников, после чего А.С. Шеин приступил к розыску зачинщиков. Он «разбирал и смотрел у них, кто воры и кто добрые люди и которые в Москве бунт заводили; и после того были розыски великие и пытки им, стрельцам, жестокия, и по тем розыскам многие казнены и повешены по дороге; остальных разослали в тюрьмы и монастыри под стражу». Однако, стараясь, по возможности, скорее прекратить бунт и наказать виновных, Шеин слишком быстро вел розыск и не открыл участия в нем царевны Софьи, что открылось через два месяца, когда приехал из-за границы сам Петр. Это обстоятельство явилось причиной недовольства царя Шеиным.

Но Алексею Семеновичу была не свойственна жестокость. О личных качествах и влиянии в российском обществе А.С. Шеина свидетельствуют результаты раскрытия государственной измены окольничего Алексея Соковнина, думного дворянина Ивана Циклера и стольника Федора Пушкина. По свидетельству, во время допроса И. Циклер показал: «А он Ивашка [Циклер] ему Алешке [Соковнину] говорит: если де то учинится, кому быть на царстве; и он Алешка, сказал: царство без того не будет. Он же Ивашка ево Алешку спросил, как он Алешка о том раз-суждает; и он Алешка ему Ивашке сказал: Шеин де у нас безроден, один у него сын и человек он доброй; и он Ивашка ему Алешке сказал: счастье де Борису Петровичу Шереметьеву, и Стрельцы ево любят, и он Алешка ему Ивашке сказал: чаю де они Стрельцы возьмут по прежнему Царевну, а Царевна де возьмет Царевича, а войдет, и она возьмет князь Василья Голицына, и князь Василей станет по прежнему орать; и он Ивашка ему Алешке говорил: в них де Стрельцах того не чаю, что возьмут Царевну; а Алешка ему Ивашке молвил: есть ли то учинится на Государем; мы ж Ивашко и тебя на Государство выберем...»

Как видно из допроса, первым кандидатом заговорщиков на царство рассматривался Алексей Семенович, и главным его личным качеством была доброта. Безродность Шеина не соответствует действительности. Возможно, заговорщики имели в виду, что отец и дед Алексея Семеновича были только стольниками, а других представителей этого боярского рода, кроме Шеина и его сына, не существовало.

Также царь был не доволен Алексеем Семеновичем, когда открылись его злоупотребления при производстве в офицерские чины. К концу XVII века, после стрелецкого восстания, царь Петр отказался от стрелецкого войска и стал создавать регулярную армию. В это время, с 1696 по 1700 год, Шеин возглавлял Иноземский (с 22 февраля 1696 года), Пушкарский (с 6 января 1696 года) и Рейтарский (с 22 февраля 1696 года) приказы, что соответствовало его статусу главнокомандующего всеми российскими войсками. Назначение на руководящие должности в новые полки офицеров, в том числе и иностранцев, происходило через судью вышеперечисленных приказов, боярина А.С. Шеина. В настоящее время выяснить законность обвинений со стороны Петра I невозможно, но они могли быть обоснованными, поскольку в России XVII столетия была широко развита система взяточничества. В законном порядке должностные лица государственных приказов XVII века состояли на службе без оклада и жили за счет взяток. Однако завышенная взятка называлась лихоимством, которое преследовалось судом.

Шеин подчинялся всем нововведениям царя, он первым потерял свою бороду, которую ему на другой же день после приезда из-за границы собственноручно отрезал царь Петр. В конце 1699 года он ездил с царем в Воронеж.

 

                 Московский боярин-воевода. XVII век

 

Второму Азовскому походу 1696 года под руководством генералиссимуса А.С. Шеина предшествовали безуспешные два Крымских и первый Азовский 1695 года походы российских войск против Турецкой империи - Османской Порты и ее вассала Крымского ханства - во время русско-турецкой войны 1686-1700 годов с целью защиты южных земель России и за выход России в Азовское и Черное моря.

Первая неудача под Азовом с тремя командующими - A.M. Головиным, Ф.Я. Лефортом и П.И. Гордоном - не сломила воли Петра I. Было решено действовать против Азова не только сухопутными войсками, но и флотом, для чего были построены два 36-пушечных корабля, 23 галеры, 4 брандера и 1300 стругов.

 Морское сражение

Личный состав флота комплектовался солдатами Преображенского и Семеновского полков. Командующим Азовским флотом (морским караваном) был назначен Ф.Я. Лефорт. Петр I определил себя на должность капитана роты в морском караване под именем Петра Алексеева. Имея опыт первого Азовского похода, царь не ошибся в выборе главнокомандующего войсками - воеводы Большого полка боярина Алексея Семеновича Шеина. Азовская армия состояла из 75 тысяч человек. Поход начался в апреле 1696 года. Из Воронежа, Тамбова и Валуек армия 23 - 26 апреля на судах по рекам Воронеж и Дон и сухопутным путем двинулась к Азову. С 3 по 24 мая из Воронежа к Азову шли 4 отряда на галерах, первым из которых командовал Петр I. Одновременно другая часть русской армии во главе с Б.П. Шереметевым (около 70 тысяч человек), как и в первом Азовском походе, направилась в низовья Днепра и остановилась у реки Коломак. Авангард войск и первый отряд галер прибыли в район Черкасска 14 мая, когда главные силы русских войск находились на марше. 27 мая главные силы русского флота вышли в Азовское море и к 12 июня блокировали его, а армия осадила крепость с суши. Прорваться к Азову и оказать помощь гарнизону турецкий флот не смог из-за активных действий российских моряков и больших потерь. 20 мая при попытке доставить в Азов подкрепление и боеприпасы турки потеряли 2 корабля и 10 тунбасов (грузовых судов). 14 июня у устья Дона появился турецкий флот (6 корабля и 17 галер с десантом около 4 тысяч человек, предназначенных для пополнения гарнизона Азова), но, увидев русские галеры, ушел в море. 17 июля после массированной бомбардировки одновременно с суши и моря малороссийские и донские казаки захватили часть наружного крепостного вала Азова. Решающую роль в атаках сыграл артиллерийский обстрел крепости. 19 июля (29 по новому стилю) гарнизон крепости капитулировал.

После завоевания Азова в российской историографии возникли две версии сдачи Азовской крепости. По первой, комендант Азова встречал в воротах этой турецкой крепости своего победителя - царя Петра Великого и, стоя на коленях, поднес монарху на серебряном блюде городской ключ.

 

В «Сказании о взятии Азова ...», опубликованном во втором издании Древней Российской Вивлиофики в 1791 году, сдача крепости представлена в следующем порядке: «Были Салтана Турскаго в Азове Воеводы: 1) Бей Шабан Бей сын Алегах, 2) Ха-сакиса Лан Ахмет Ага, комнатной Салтанской над салаками, начальник Асалаки, у Салтана самоближний сберегательный полк, 3) Капычи Паши, Маршалок Салтанской, 4) Самсоней Паша, 5) Чаюш, над дворянами Голова, 6) Кафинский Кады Афенди, Судия городовой Кафинской, те все Воеводы с ратными тремя тысячи Бешлен и Янычар с знамены и с оружием с войски к шатру к Боярину и Воеводе Алексею Семеновичу Шеину пришли с войски, и знамена и оружие под ноги коня его Боярскаго положили, и у кафтана его Боярскаго полу целовали, и говорили Боярину и Воеводе, начальный Турский воевода начал речь сими сло-весы: благодари де Господа Бога, что Великий Государь ваш и ты его Боярин и Воевода в правде своей устоял, пожаловал де ты нам, изволил даровать вместо смерти живот, и совершение в нашем деле учинил ты Боярин и Воевода, все по Бозе, как Богу годно, учинил де ты великую себе славу, воистинно слово твое праведное, а за твою де правду и впредь, куда ты ни пойдешь, великий Бог пути твоя и все дела твои милостиво совершит и исправит, и изговоря сию речь, отдал городовые ключи».

 

Петр Великий на корабельной верфи

р

Комендантом покоренной крепости назначен был князь Петр Григорьевич Львов, которому в товарищи были приданы его сын и два дьяка. Петр Великий, осознавая стратегическую важность Азова, приказал немедленно приступить к укреплению крепости под руководством иностранных («цесарских») инженеров. Укрепления были построены заново, все гарнизонные полки работали над очисткой города и рвов. Новый гарнизон крепости состоял из четырех стрелецких полков и четырех полков городовых солдат общим числом около девяти тысяч человек.

После роспуска малороссийских казаков с наградой за верную службу царь отправился с армией в Москву. Через два с половиной месяца, 30 сентября, все окрестности столицы близ Серпуховских ворот были заполнены народом, собравшимся на любопытное зрелище торжественного вступления войск, возвращавшихся из похода. Впереди в карете, запряженной шестеркой вороных лошадей, ехал думный дьяк Никита Моисеевич Зотов, который держал драгоценную саблю и щит, подаренные Петру I гетманом Мазепой. За ним в карете парою ехали боярин Головин и кравчий Нарышкин, сопровождаемые верхом служилыми людьми разных чинов. Далее следовал Франц Лефорт, сидевший в золоченой карете, запряженной шестью серыми конями в нарядных уборах. Перед ним вели еще двенадцать верховых лошадей. За каретой Лефорта шли 3000 морских чинов и ехал на коне боярин Шеин с белым пером на шляпе. Потом двигались генералы и войска, шли цесарские и бранденбургские канонеры и инженеры, замыкал их генерал Гордон со своими солдатами и с турецкими и волошскими пленниками.

В церемонии участвовали и азовский изменник Якушка (голландский матрос Яков Янсен, перебежавший на сторону турецких войск во время Азовского похода), которого везли с «большим позором». Когда шествие достигло триумфальных ворот, загремела пушечная пальба, заиграла музыка и началось пение гимнов и стихов со здравницами победителям и пожеланиями войскам, чтобы они всегда возвращались с такими победами. Лефорт и Шеин были особенно «величаемы». Алексей Толстой в своем романе «Петр Первый» описал полководца следующим образом: «С великой пышностью... ехал на греческой колеснице приземистый, напыщенный, с лицом, раздававшимся в ширину, боярин Шеин, генералиссимус, жалованный этой честью перед вторым Азовским походом... За ним волокли полотнищами по земле шестнадцать турецких знамен».

Алексей Семенович Шеин был награжден золотой медалью в 13 червонцев, кубком и кафтаном парчовым на соболях.

  
 
                    

Взятие Азова 19 июля 1696 года
(с картины А. Шхонебека)

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

19 июля 1696 года на юге России пала одна из преград, препятствовавшая осуществлению планов Петра Великого по развитию русского флота. Падение Азова предавало в руки России господство над Азовским морем и стало первой крупной победой в борьбе за выходы к морям, одержанной Россией в результате совместных действий армии и флота, которая ускорила окончание войны с Турцией (1686-1700) и заключение Константинопольского мирного договора в 1700 году. Была укреплена безопасность южных границ страны (по Константинопольскому мирному договору 1700 года ликвидировались турецкие крепости в Приднепровье). Опыт Азовских походов был использован Петром I при проведении военных реформ и реорганизации вооруженных сил России в первой четверти XVIII века. Азовский поход 1696 года показал возросшую роль флота в войне, что явилось началом превращения России в морскую державу. В итоге вырос международный престиж Российского государства и был обеспечен нейтралитет Турции накануне Северной войны.

 

 

  

Медаль в память взятия Азова
Неизвестный русский медальер. Серебро

 

 

Приложение 1

 

М.Т. ЯБЛОЧКОВА

«ДВОРЯНСКОЕ СОСЛОВИЕ

ТУЛЬСКОЙ ГУБЕРНИИ»

Т. 8.-Тула, 1905. С. 77-78

Поколенная роспись, поданная в Разряд Алексеем Семеновичем Шейным в апреле 1682 года

К Великому Князю Александру Невскому выехал из Прусския земли муж храбр и честен, именем Михаил.

А у Михаила Прушенина сын Терентей.

А у Терентья сын Михаил.

А у Михаила сын Семен.

А у Семена сын Иван Мороз.

А у Ивана Мороза сын Михаил.

А у Михаила сын Василий Шея.

А у Василия Шеи дети: Дмитрий убит в Казани, да Семен Баташ бездетен.

А у Дмитрия Шеина дети: Юрья, да Василий, да Иван. А были у Царя и Великаго Князя Ивана Васильевича в боярах.

А у Юрья Шеина дети: Михаил, да Исак.

А у Василья Шеина дети: Борис, да Андрей, да Григорей, да Петр Горбатой.

А у Ивана Дмитриевича дети: Андрей, да Иван Клепин, да Алексей.

А у Бориса Васильевича Шеина дети: Денис, был бездетен; да Михайло был у Царя и Великаго Князя Михаила Федоровича в боярах.

А у Михаила Борисовича Шеина сын Иван.

А у Ивана Михайловича Шеина сын Семен.

А у Семена Ивановича Шеина дети: Алексей в боярах, да Василий умер в малых летах, в приказе не был.

А иных родов, которые пошли от Ивана ж Морозова разными прозвании, опричь Салтыковых и Чоглоковых, все пресеклись. А Салтыковы сами принесут свои поколенные росписи. К той поколенной росписи Алексей Шеин руку приложил.

 

 

Приложение 2

ВЫПИСКА

ИЗ ПОЛНОГО СОБРАНИЯ ЗАКОНОВ РОССИЙСКОЙ ИМПЕРИИ С 1649 ГОДА

Т. 3 (1689-1699). - СПб., 1830. С. 149-151

ЦАРСТВОВАНИЕ

ГОСУДАРЕЙ ЦАРЕЙ

И ВЕЛИКИХ КНЯЗЕЙ

ИОАННА И ПЕТРА АЛЕКСЕЕВИЧА

7201/1693 год

№ 1460. Генваря 10. Именный, объявленный из приказа Казанского Дворца. О разсмотрении исков о безчестии и о взысканиях за обиды сего рода.

В нынешнем 201 году, Декабря в 10 день, бил челом Великим Государям, Царям и Великим Князьям Иоанну Алексеевичу и Петру Алексеевичу всеа Великия, Малыя и Белыя России Самодержцам, Боярин Алексей Семенович Шеин на Боярина Князя Михаила Григорьевича Ромода-новского, а Боярин Князь Михаиле Григорьевич Ромода-новский на Боярина Алексея Семеновича Шеина в том, что в нынешнем в 201 году, Декабря в 9 числе, будучи в дому Боярина Петра Васильевича Шереметева, Боярин Михаиле Григорьевич Ромодановской бранил Боярина Алексея Семеновича, безчестил всячески и бил, и вынял нож, хотел его резать, и себя называл Московским Князем, а прадеда его Боярина Михаила Борисовича называл изменником, и деда его Ивана Михайловича, и отца его Семена Ивановича, и мать его Боярыню Авдотью Ивановну Черкасскую бранил и безчестил всякими словами и его называл изменничьим внуком; а Боярин-де Алексей Семенович безчестил его Боярина, князя Михаила Григорьевича, всячески ж и называл малопородным человеком и худым князишком и отца его Боярина Князя Гри-горья Григорьевича неслугою, и бранил всякою неподобною бранью, и бил палкою, а то-де видели и слышали Бояре и Окольничие, и Думные, и ближние люди, и Великие Государи пожаловали б и их, велели против того их челобитья свой Великих Государей указ учинить. И по указу учинить Великих Государей и по подписанным челобитным, за пометою Думного Дьяка Никиты Зотова, велено, против того их челобитья сыскать Боярину князю Борису Алексеевичу Голицыну, а в сказках Бояр Тихона Никитича Стрешнева, Петра Васильевича Шереметева, Князя Константина Осиповича Щербатова, Матвея Степановича Пушкина, Федора Петровича Шереметева, Окольничаго Александра Петровича Протасьева, да Думного Дьяка Протасья Никифорова, да Стольников Василья Петрова сына Шереметева, Петра Алексеева сына Головина, Ивана Богданова сына Яковлева, каковы взяты в приказ Казанского Дворца, написано в нынешнем 201 году, Декабря в 9 день, в доме Боярина Петра Васильевича Шереметева: Боярин Михаиле Григорьевич Ромодановской безчестил мать Боярина Алексея Семеновича Шеина, а жену Боярина Князя Григорья Семеновича Черкасского, Боярыню Княгиню Авдотью Ивановну, всячески непристойными словами, и его Боярина Алексея Семеновича называл и безчестил по тому ж непристойными словами, и прадеда его Боярина Михаилу Борисовича Шеина, и сына его Ивана, а Боярина Алексея Семеновича деда называл изменниками; и Великие Государи, слушав того дела, указали и Бояре приговорили за безчестье Боярыни Княгини Авдотьи Ивановны и сына ея Боярина Алексея Семеновича взять на Боярине Князь Михаиле Григорьевиче безчестья по Уложению; а что он же прадеда его Боярина Михаилу Борисовича и сына его Ивана, а его Боярина Алексея Семеновича деда называл изменниками недельно, и за то указали Великие государи и Бояре приговорили послать его Боярина Князя Михаила Григорьевича за безчестье его Боярина Михаила Борисовича и сына его Ивана в тюрьму, потому что они в измене ни коли не бывали, да на нем же указали Великие Государи взять Боярину Алексею Семеновичу безчестья прадеда его Боярина Михаила Борисовича и сына его Ивана, а его Боярина Алексея Семеновича деда; да что в сказках же Бояр и Окольничаго и Думного Дьяка и Ближних людей написано, что он назывался Московским Князем и о том указали Великие Государи выписать в доклад; а что в челобитье его написано, что Боярин Алексей Семенович называл отца его неслугою и его бранил и безчестно и называл малопородным человеком и худым князишком, и того в сказках тех вышепомянутых Бояр и Околничаго и Думного Дьяка и Ближних людей, чтоб Боярин Алексей Семенович называл отца его неслугою и его малопородным человеком, не сказано, а сказали, что он Боярин Алексей Семенович называл его худым князем, а о походе его говорил: хотя с тем полком и был, только потерял; а в челобитье ж Боярина Алексея Семеновича показано, что он его бранил и безчестил и бил и деда и отца называл неслугами, для того что они в полковых службах Воеводами не бывали, и перед собою их называл, что они его хуже, для того что будто он пожалован в Бояре при державе брата их Государева, блаженныя памяти, Великого Князя Феодора Алексеевича, и ему о том было воспоминать и их безчестить ненадобно, потому что их честь пред ними во многом знатна, и люди они пред ними честные, а в милости Великих Государей жалованы бывают в чести не по родам, и кто прежде или после пожалован, о том принял